Как Рутенко, большой патриот Лукашенко, торговал Родиной, будучи звездой гандбола (ой, обеспечивал себе будущее, и все его понимали)

0 22

Словению считает второй Родиной и играл за нее душой, в Испании решали деньги, из-за которых мог не вернуться в Беларусь.

Бывший гандболист, а ныне глава федерации тенниса Сергей Рутенко любит подчеркнуть, что выступает за решение любых проблем путем диалога. Подход, правда, очень выборочный – несмотря на сетования о том, что не может «найти оппонента, чтобы мне привели конкретные доводы, кроме высказываний «а сейчас плохо», функционер никак не отреагировал на прямое предложение о диспуте от еще одного экс-гандболиста, активиста SOS BY Константина Яковлева. Дивное отношение у Рутенко и к журналистской профессии – у него вызывает негодование, что на митинге кто-то плевал и бил (хотя пощечину сложно сопроводить таким глаголом) по сотрудникам госТВ, а вот насилие и репрессии к тем, кто работал на независимые СМИ, никаких вопросов задавать не мотивируют.

Рутенко возмущен, что на митингах в Беларуси били журналистов. Но не тех, о ком вы подумали и кто сейчас сидит (жертва – Азаренок и другие пропагандисты)

Как Рутенко, большой патриот Лукашенко, торговал Родиной, будучи звездой гандбола (ой, обеспечивал себе будущее, и все его понимали)

При этом подписант за Лукашенко продолжает утверждать, что готов говорить со всеми медиа – за исключением (как удивительно) «Трибуны», в качестве причины ‘этого называя, если спич Рутенко сжать, оказавшийся ошибочным инсайд, опубликованный в «газете» (таковой нас посчитал сам Сергей). Однако, как оказалось, есть исключение и в среде отборных единомышленников – и даже объявленное режимом «народное единство» не мотивировало управленца отменить решение «перечеркнуть этого человека». Речь о спортивном пропагандисте Сергее Канашице.

Был кучерявым, отгребал за статьи, жена в МВД: что мы знаем о главном спортивном пропагандисте СБ

Неугодным для Рутенко Канашиц стал в далеком 2005-м. Сам сотрудник СБ вспоминал эту историю довольно давно (кстати, для «Трибуны») – был в Словении на матче сборной Беларуси, поехал домой к Рутенко, тогда еще другу, пообщался с ним, а летом в Минске при встрече испытал «конкретный наезд с использованием ненормативной лексики» и вопросом: «Почему мы «сорняки общества»?». «Писал когда-то колонку о спортсменах, которые меняют гражданство и выступают за другие сборные. Фразы про сорняки не припомню, но допускаю, что подобное мог себе позволить. По сути, я выражал надежду на возобновление выступлений Сергея за сборную Беларуси. А по форме подачи… Возможно, стоило быть чуточку осторожнее в словах. Но это с опытом приходит», – подытожил Канашиц. Сейчас же Рутенко заявил, что Канашиц его «во время беседы хвалил, говорил, как правильно все сделано» – а значит, «сидел и врал в лицо». Ну и главное уточнение от функционера: «Я никогда не менял гражданства. Мне просто давали еще один паспорт. Этот момент люди всегда путают и делают неправильные выводы».

Факт в том, что спортивное гражданство Рутенко как раз менял – а мог и не вернуться в прежнее, если бы обстоятельства сложились менее выгодно. Вспомним историю паспортов экс-гандболиста подробнее.

Словения: Беларусь особо не звала, играл душой, а европейский паспорт «открывал дороги»

За границу Рутенко вырвался в конце 1999-го в возрасте 18 лет. У него была мечта о большой карьере в гандболе – и уже к тому моменту он твердо уверился, что для этого нужно как можно скорее уезжать из Беларуси. В минском «Аркатроне», где играл гандболист, такого порыва не поняли – говорили, что он даже в ЧБ еще ничего не добился, и отпускать отказывались. Противостояние перешло в непримиримую фазу: гандбольные боссы угрожали Рутенко отправкой в армию, а он им – завершением карьеры.

Однако предложение от словенского «Горенья» смогло изменить ситуацию. Почему оно пришло, у Рутенко были разные версии – по одной, его заметили в 1/8 Кубка ЕГФ словенские судьи, показавшие кассету с игрой знакомому тренеру клуба, по другой, нашли за рубежом менеджера стараниями отца другого гандболиста Андрея Курчева. Как бы то ни было, Сергея отпустили, хоть и бросили в спину, что он еще будет умолять взять его обратно в беларусский клуб. На новом месте ждала неприятность – вместо обещанных 3000 долларов в месяц в контракте были прописаны всего 400, но, во-первых, пути назад уже не было, а во-вторых, в «Аркатроне» юнец получал всего $100.

Как Рутенко, большой патриот Лукашенко, торговал Родиной, будучи звездой гандбола (ой, обеспечивал себе будущее, и все его понимали)

Рутенко за оставшуюся часть словенского сезона-1999/00 смог войти в топ лучших бомбардиров команды, после чего поехал в молодежную сборную Беларуси на августовский ЧЕ-2000, хотя клуб был не в восторге. В итоге в Греции талантливое поколение беларусских гандболистов уступило только сборной Югославии – первый раз в группе, а второй в финале. Впрочем, и серебряные медали были огромным достижением – настолько, что команда решила сделать тогдашнему руководителю федерации гандбола полковнику (впрочем, игравшему на уровне СССР) Александру Гречину специальное предложение. «Мы договорились, что никто из нас никуда не уедет, если основным игрокам будут платить в Минске хотя бы тысячу долларов в месяц. Мы считали эти условия приемлемыми для того, чтобы задержаться в Беларуси года на четыре. Этого срока вполне должно было хватить для создания крепкой команды, с которой можно решать задачи на международном уровне. Но Гречин сказал, что это неосуществимо. Думаю, он нас очень хорошо понимал, но ведь он один такие вопросы не решает», – вспоминал Рутенко.

Гандболист вернулся в «Горенье», провел там еще один успешный отрезок (выбив повышение зарплаты до 1500 долларов) и в 2001-м оказался в «Целе». Там ему сразу же предложили сменить гражданство – соглашаться Рутенко не торопился. Думал над предложением, по своему утверждению, он около года – а до июня 2001-го приезжал и в сборную Беларуси, которая боролась за попадание на ЧЕ-2002 (в итоге уступила Исландии в стыках). Однако на Родине Рутенко крайне не нравилось отношение к себе. «Каждый раз, когда я возвращался в Минск, возникали ситуации… Разговоры о том, что «мы так и знали». Наверное, никому не будет приятно, если его назовут предателем. И не было человека, который искренне интересовался бы моей судьбой. У нас нет середины. Только крайности. Или ты классный парень, супер-дрюпер игрочище, или же полное говно. Понятно, что тогда я на первый эпитет рассчитывать никак не мог», – говорил Рутенко в 2004-м.

А потом игрока на какое-то время в принципе перестали вызывать в сборную – то ли из-за обид, то ли потому, что в «Целе» он в то время был не на первых ролях. И когда словенцы снова спросили о получении нового паспорта, Рутенко обзвонил партнеров по беларусской сборной и, получив их благословение, согласился. «У людей, выросших при СССР, остались старые стереотипы. Может быть, меня в глубине души и понимают, но принять этот поступок в силу старого воспитания не могут. А может, просто кто-то слишком сильно завидует», – резюмировал гандболист, также признавая, что «европейский паспорт открывал многие дороги – даже в Америку не требовалась виза».

Как Рутенко, большой патриот Лукашенко, торговал Родиной, будучи звездой гандбола (ой, обеспечивал себе будущее, и все его понимали)

До 2004-го вопрос Рутенко в белспорте широко не обсуждался – он был не первым и не последним, кто так поступил, да и повода не было, ведь до игр за другую сборную в гандболе положен трехлетний карантин. Но в сезоне-2003/04 гандболист достаточно неожиданно стал абсолютным лидером «Целе» – команда выиграла Лигу чемпионов (проиграв первый четвертьфинал в 13 мячей), а Сергей стал лучшим бомбардиром турнира. Впечатленный тренер сборной Словении Тони Тисель выписал Рутенко приглашение на предолимпийский сбор – по его итогам 22-летний игрок предсказуемо вошел в окончательный состав на турнир, который начинался как раз после карантина. Но и тогда Сергей уверял, что ему «было бы куда приятнее мечтать об олимпийском дебюте в окружении ребят-беларусов».

На самих ОИ Рутенко дали не так много времени, а словенцы выиграли лишь два матча из шести и заняли 11-е из 12 мест, при этом Сергей стал лучшим бомбардиром команды. Сыграл Рутенко за Словению еще на трех крупных турнирах – ЧМ в 2005 и 2007 годах и ЧЕ-2006, где забросил больше всех, хотя полуфиналисты были в игре на два матча дольше. Словенцы же больших успехов не добивались – восьмое место в Европе, 12-е и 10-е в мире. «Словению рассматриваю как вторую родину, свой второй дом. У меня там много друзей. Отношение ко мне в этой стране теплое до сих пор. Выступая за Словению, ничего не получал. И не просил. Играл там душой. Мне этого хотелось», – подытожил этот этап карьеры гандболист в 2011-м.

Испания: никакого трепета, только деньги (из-за них мог не вернуться в Беларусь)

Летом 2005-го Рутенко уехал в Испанию – за феноменальные для Словении 400 тысяч евро перешел в состав местного гранда «Сьюдад Реала». А уже через полтора года, снова выиграв ЛЧ, стал готовиться к получению третьего паспорта. К новой стране таких нежных чувств, как к Словении, Рутенко не испытывал – дело было в деньгах. «Сьюдад Реал» достиг максимума по разрешенным в чемпионате Испании легионерам и, чтобы обойти лимит, предложил двум своим игрокам получить местное гражданство – одним из них оказался как раз Рутенко. В случае отказа, понятное дело, могли возникнуть проблемы с контрактом – а Сергей тогда получал одну из самых больших зарплат в мировом гандболе в принципе. В общем, еще до ЧМ-2007 Рутенко знал, что это его последний турнир за Словению. «Открыто рассказал обо всем руководству словенской федерации, игрокам сборной, тренеру. Все меня поняли. Большинство ребят сказали, что поступили бы на моем месте точно так же. Пора думать о том, как строить жизнь после ухода из спорта. Кроме меня, никто обо мне не подумает», – Рутенко выражался напрямую.

Как Рутенко, большой патриот Лукашенко, торговал Родиной, будучи звездой гандбола (ой, обеспечивал себе будущее, и все его понимали)

Процедура получения испанского паспорта была запущена, однако летом 2007-го за год до того возглавивший федерацию гандбола Владимир Коноплев вышел на Рутенко и стал уговаривать вернуться в сборную Беларуси. То, что этого надо ждать три года, не смущало функционера, к тому же он был уверен, что срок смогут сократить. Рутенко по итогам диалога говорил, что «обнаружил в беларусском гандболе очевидные сдвиги в лучшую сторону» и «изменение отношения к виду на государственном уровне», и уверял, что всегда мечтал «снова поиграть за беларусскую сборную». Однако же насчет конкретного решения Сергей не говорил ничего.

Зато обтекаемо формулировал знакомые финансовые вопросы. «Не стану скрывать, сейчас я человек с обеспеченным будущим. И если в жизни что-то переиначивать, то только с гарантией, что эти перемены не сильно исказят теперешние перспективы. А здесь хватает нюансов», – намекал Рутенко и добавлял: «Конечно, речь не идет о полном возмещении того, что я могу потерять. Но все равно уверенность в будущем должна остаться». А на прямое предложение оценить шансы на выбор Беларуси или Испании в качестве будущей команды Сергей отсемафорил: «Соотношение где-то шестьдесят на сорок в пользу Испании. Но изменить его реально. Вполне». Понять это как-то иначе, чем выбивание финансовых гарантий у беларусской федерации, было крайне сложно. Хотя потом Рутенко заявлял, что оценивал в процентах лишь «состоятельность БФГ в организационных вопросах, чисто профессиональный фактор, а не отношение к стране».

Впрочем, в начале 2008-го Коноплев твердо заявил, что после карантина Рутенко сыграет за сборную Беларуси. А в феврале гандболист официально стал гражданином Испании. В новом статусе он успел еще дважды взять ЛЧ, а летом 2009-го за рекордные для гандбола 1,2 миллиона евро перешел из стана терпевшего финансовое бедствие «Сьюдад Реала» в благополучную «Барселону», где предложили зарплату в два раза больше прежней. Оттуда Рутенко, по его словам, попытались по окончании карантина обязать играть за сборную Испании под угрозой дисквалификации в чемпионате. Однако в клубе в ответ пригрозили снятием с розыгрыша, и ситуацию замяли. К тому же Рутенко поговорил с главным тренером испанцев Валеро Риверой. «Если без эмоций и прагматично, то мне, безусловно, интереснее было бы играть за сборную Испании. С точки зрения спортивной — гораздо больше шансов достичь успехов, что-то выиграть. С точки зрения финансовой — тоже. Но я сказал тренеру, что мы можем разругаться, а можем и друг друга понять. Я не ощущаю возвышенных чувств ни к стране, ни к флагу», – объяснял гандболист.

Как Рутенко, большой патриот Лукашенко, торговал Родиной, будучи звездой гандбола (ой, обеспечивал себе будущее, и все его понимали)

В итоге Рутенко позже срока (в международном гандбольном регламенте оказалась прописана необходимость года игры в чемпионате «новой» страны, и чиновники долго решали, должен этот год быть прямо перед возвращением или вообще), но снова стал выступать за сборную Беларуси с осени 2010-го. По этому поводу Сергей написал открытое письмо болельщикам, где назвал свое возвращение «победой беларусской федерации на дипломатическом поле». Первые матчи получились провальными – Ривера ознакомился с видеозаписью одного из них и выразил гандболисту свое непонимание, что он делает в этой команде. Сборная Испании и без Рутенко взяла серебро и золото на двух ближайших ЧМ, а вот на ОИ в 2012-м не смогла пройти четвертьфинал. Сборная Беларуси же с Рутенко вышла на ЧМ в 2013-м (впервые с 1995-го) и при нем больших турниров уже не пропускала. Лучшим достижением команды стало 10-е место на ЧЕ-2016, сам Сергей же вошел в топ-10 бомбардиров на ЧМ-2013 и 2015 и ЧЕ-2014.

Рутенко завершил карьеру в самом начале 2017-го. С тех пор начался его новый отрезок жизни, не менее противоречивый, чем игровой.

Источник

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.