«Не общался с отцом два месяца, но война открыла ему глаза». Как жесть в Беларуси и Украине влияет на отношения в семьях спортсменов

0 6

Спорят, уже не переубеждают, находятся на одной волне.

«Не общался с отцом два месяца, но война открыла ему глаза». Как жесть в Беларуси и Украине влияет на отношения в семьях спортсменов

События 2020 года разделили в Беларуси многие семьи. Родственники перестали понимать друг друга, ведь кто-то был за честные выборы и против насилия, а кто-то за «стабильность» и режим Лукашенко. Разделение усугубилось после того, как в Украине началась война. Хватает беларусов, поддерживающих агрессию России при поддержке режима Лукашенко, и доводы родственников о том, что в Украине тысячами гибнут люди, их не трогают.

Мать Щербо всецело за Украину в войне (заявила сыну, что «нацистка» и «бандеровка») – но Лукашенко по-прежнему довольна, хоть он на крючке у России

Чаще всего расхождение во взглядах наблюдается у представителей разных поколений: молодежь, в отличие от родителей, не верит телевизору и вообще старается не смотреть его.

Как в такой ситуации находить общий язык с родителями? Как на них влияет пропаганда? Как, несмотря на это, сохранить отношения? «Трибуна» пообщалась с несколькими представителями беларусского спорта и узнала, что они думают на этот счет.

«Не хочу переубеждать, потому что это бесполезно»

Футбольный тренер

– У меня сейчас жива только мама, она 1950 года рождения. И уже в 2020 году, когда в Беларуси происходили всем известные события, взаимопонимания я с ней не находил. Причины лежат на поверхности. Люди, особенно старшего поколения, боятся перемен, они ничего не хотят, каждый держится за свою стабильность. А она у всех беларусов своя. Многие испугались, что могут произойти перемены, потеряется стабильность, к которой уже привыкли. Беларусь никогда прежде не переживала подобных потрясений, не было такого, чтобы народ так массово вышел на протесты. Плюс, думаю, у людей старшего поколения, в том числе у моей мамы, присутствовал страх за мою безопасность, безопасность близких и знакомых, ведь она все равно же слышала, что творилось на улицах. Имею в виду, что делали «космонавты». Но при этом в отношении тех, кто за перемены, звучала одна фраза: «Что же вам неймется?»

– Осуждала твое участие в акциях протеста?

– Конечно. Спрашивала, куда я прусь, что я и такие, как я, хотим изменить и тому подобное.

– В связи с этими событиями ваше общение стало более редким?

– Нет, и тогда, и сейчас мы общаемся, как обычно и в обычном же количестве. Темы событий в Беларуси и в Украине мы можем коснуться, но мама сразу же уходит от них.

– Предпочитаешь с ней глубоко не влезать в эту тему?

– Понимаешь, в таком возрасте человека очень сложно в чем-то переубедить. Она закостенела в своих взглядах и убеждениях. Поэтому я тоже особо не хочу углубляться в темы событий в Беларуси и Украины. Бесполезно просто.

– А что твоя мама вообще о событиях в Беларуси и Украине думает?

– Знаешь, если кто-то говорит, что Запад хочет захватить Беларусь и так далее, то у нее такой риторики нет. Она больше обращает внимание на то, что в Беларусь едут из Литвы, Латвии, мол, там люди уверены, что у нас лучше жизнь. Она же за действующую власть.

Что касается войны в Украине, то в начале событий говорила, что нацисты бомбят сами себя, а Россия освобождает. Такое было первые месяцы, а сейчас уже слова совсем другие. Главное, чтобы в Беларуси такого не было. Вообще, по-моему, сейчас это стандартный ответ беларусского гражданина.

– Какие у нее источники информации?

– Как какие? Самые лучшие и надежные :). Азаренок, БТ и так далее.

– Пробовал рассказать маме, что есть и другие источники информации?

– У нее на это один ответ: «Телевидение не врет, а в интернете напишут, что хотят. Это все фейки». Думаю, в подобном ключе тебе ответят процентов 95 твоих собеседников из тех, у кого родители подобного возраста. Когда ты проживаешь большую часть жизни в определенном укладе и строе, вряд ли что-то поменяешь резко.

– Может, кидал ей ссылки на материалы, где преподносится альтернативная госТВ информация?

– Были попытки, но все это неудачно. Если на глазах творилась жесть, избивание людей, задержание, если все это было в шаговой доступности, но отношение людей к действующей власти это не изменило, то о чем говорить? Оказывается, сами беларусы виноваты, ими кто-то руководит, как марионетками. Ты думаешь, в таком случае какие-то альтернативные СМИ что-то поменяют?

– Ты смирился с этим?

– Честно, просто спокоен. Никого не хочу переубеждать, навязывать свои взгляды и мнения, потому что это бесполезно. Не хочу рвать свои нервы и тратить время.

– Почему, по-твоему, некоторые люди легко становятся жертвами пропаганды?

– Возвращаемся к началу нашего разговора: люди просто боятся что-то поменять, поэтому и верят тому, что говорят по ТВ. А там же убеждают в стабильности. Каждая перемена сразу хорошо ничего не сделает, будет этап, где будет очень трудно, изменится весь уклад жизни, нужно будет перестаиваться. И вот это главный камень преткновения для беларусского общества. Нутро советское осталось, поменялась немного обертка. И как часто можно услышать, что то, что у нас было, оно самое лучшее, и все хотят нас завоевать, захватить.

– Сохраняешь надежду, что мама все же поменяет взгляды?

– Думаю, этого уже не произойдет. Чтобы найти точки соприкосновения, нужен определенный этап времени, а он будет очень долгим.

«Не общался с отцом два месяца, но война открыла ему глаза». Как жесть в Беларуси и Украине влияет на отношения в семьях спортсменов

«Пропаганде поддаются те, кто получил глубокую душевную травму от развала СССР»

Футболист высшей лиги

– У меня в плане взаимопонимания с родителями вопросов нет вообще. Моя семья, я в том числе, относимся к категории людей, которые считают, что беларусские события 2020 года, скорее, закономерные, к этому все и шло, к этому привели действия властей. Моя семья всегда интересовалась тем, что происходит в стране, родители меня посвящали в тему. Поэтому разногласий у нас на этой почве нет и не было. И мы в семье считаем, что истинные символы Беларуси и народа – это те, что существовали давно, исторически были обусловлены и были до 1995 года.

У меня же еще бабушка жива, ей 80 лет. И она человек критического мышления. Из той категории, кто включает телевизор и не верит слепо тому, что там говорят. Есть такие люди, которые подвергают сомнению то, что озвучивают в госСМИ, не принимают подобную информацию как истину в последней инстанции.

Единственное, разногласия с родными у меня могут быть в одном вопросе – как вести себя в обществе, что говорить, что обсуждать. Потому что родители, да и наше поколение никогда не жили в свободном обществе, не знают, что такое спокойно и безопасно выражать свои мысли, говорить то, что думаешь. Если это делать в Беларуси, то подвергаешь себя опасности. И себя, и семью. Поэтому у родителей есть тревога за меня в свете продолжающихся репрессий, во многом случайных задержаний.

– Твои родители каким источникам информации доверяют?

– Понятно, что независимым, но в то же время они смотрят телевизор, радио слушают. У меня отец по работе недавно был в России, так слушал там местное радио. И так как умеет критически мыслить, понимает, что творится вокруг, не воспринимал всерьез то, что слышал. Пропаганде не поддался.

Хотя, знаешь, когда слышишь то, что говорят по госСМИ, начинаешь это анализировать, даже думать, что, возможно, в этом есть какое-то зерно. Но через некоторое время проходит первый этап восприятия полученной информации, и нормальный человек будет сравнивать это с альтернативными источниками информации. И все оказывается намного проще. Все же очевидно: одна страна вторглась на территорию другой, разрушает города, убивает людей. Гибнут люди на территории Украины. Это же простая истина.

– Твои родные осуждают войну?

– Конечно. Мне вообще сложно представить людей, которые искренне бы поддерживали эту войну. Может, такие люди и есть, но я их не знаю.

– А почему некоторые все-таки поддаются влиянию пропаганды?

– Есть беларусы, которые находятся сейчас в российском информационном пространстве, таком, идеологическом. И поддерживают то, что там говорят. А русские со своими имперскими амбициями тоскуют по Советскому Союзу, по былому мировому величию. И для таких людей это выше и приоритетнее, чем право на независимость, свободу волеизъявления, самореализации. Пропаганде поддаются те, кто получил глубокую душевную травму от развала СССР. С такими тяжело найти общий язык. Очень жаль, что они сейчас принимают ключевые решения, сильно влияющие на нашу жизнь.

«Не общался с отцом два месяца, но война открыла ему глаза». Как жесть в Беларуси и Украине влияет на отношения в семьях спортсменов

«Папа такого от своего царя, Путина, не ожидал, потому что сам против войны»

Беларусский боксер

– Маме моей 55 лет, а папе 60. И вот с мамой в 2020 году я легко находил общий язык в свете всех событий, происходящих в стране. Она всецело была за нас, за тех, кто за перемены, меня очень сильно поддерживала. А вот папа у меня путинист. Не лукашист, а путинист. Он любил повторять: «Куда вы лезете, и без вас разберутся, от вас ничего не зависит, вы ничего не сделаете». У меня еще есть брат, и он на нашей с мамой стороне. Когда мы всей семьей собирались, у нас было трое против одного, и папа все время говорил словами пропаганды. Мол, кругом фашисты, все плохие и так далее. Он принял на верну то, что говорили вокруг, по ТВ, решил, в кого всегда будет верить, и на этом всё.

– В 2020 году твое общение с отцом сходило на нет?

– Да, можно и так сказать. Любые наши общие потуги как-то убедить отца в чем-то, сводились к тому, что общение просто прекращалось. А в конце 2021 года я назвал его фашистом, и мы совершенно не общались два месяца.

– Возобновили общение после того, как началась война?

– Нас, можно сказать, помирила мама. Как-то родители приехали, и мама сказала, что хватит уже злиться друг на друга. Честно скажу, папа прозрел, война поставила всё на свои места. Он перестал быть путинистом. Мы тогда обнялись, а от таких перемен я чуть слезу не пустил. Единственный плюсик от войны, по крайней мере, в моем случае. А то смотришь иногда видео, где люди из Украины звонят родственникам в Россию и говорят, что русская армия бомбит, а в ответ – это неправда, умирают бандеровцы и так далее.

– У тебя была вера, что все-таки найдешь общий язык с отцом?

– Когда назвал его фашистом, просто опустил руки. Это было отчаяние.

– Твой папа настолько поддался влиянию пропаганде?

– С 2014 года Соловьев для него был топом. В 2020-м мы убрали телевизор, папа купил новый. А потом мама «нечаянно» его разбила – к счастью, он не работает до сих пор.

– Ты пробовал донести до папы альтернативную точку зрения?

– Конечно, но он категорически отрицал ее. С мамой он по бытовым вопросам точки соприкосновения находил, а когда дело касалось политики, то скандалы были. Тем более мама у меня вспыльчивая.

– Как думаешь, почему люди поддаются влиянию пропаганды?

– Когда тебе миллион раз белое называют черным по ТВ, когда то же самое говорят какие-то люди вокруг, тогда некоторые и поддаются влиянию.

Сейчас папа получает информацию от мамы, но нет-нет, все равно проскакивает «не все так однозначно». После того, как с некоторыми из своего окружения пообщается. Но дома его быстро ставят на место.

А так, честно скажу, он не верил, что будет война, но она началась – и глаза раскрылись. Папа такого от своего царя, Путина, не ожидал, потому что сам против войны. Даже пропаганда уже не помогла – слишком все очевидно.

– Сейчас ты с отцом обсуждаешь события в Украине?

– Да, могу сказать, как Путина нужно называть, но папа старается от всего абстрагироваться.

– Но ты рад, что ваше общение возобновилось?

– Конечно. И мы сейчас однозначно больше общаемся, чем раньше.

Фото: dw.com

Источник

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.