«Пугает непонимание, есть ли у России тормоза». Прошедший Окрестина мини-футболист – об игре во Франции в 40 лет, войне в Украине и помощи беженцам

0 9

«Пугает непонимание, есть ли у России тормоза». Прошедший Окрестина мини-футболист – об игре во Франции в 40 лет, войне в Украине и помощи беженцам

В августе 2021-го один из лучших мини-футболистов Беларуси Сергей Подалинский вместе с семьей уехал из Беларуси. Причины очевидны – перед спортсменом закрылись все двери, так как он не стеснялся выступать против режима Лукашенко. Да и как по-другому, если сразу после выборов сам пострадал от силовиков и провел несколько суток на Окрестина.

Уехал Подалинский во Францию, где подписал контракт с клубом «Тулон Элит Футзал». За этот коллектив 40-летний футболист выступает до сих пор, пусть и проводит на площадке не так много времени, как хотелось бы ему самому.

Мини-футболист сидел на Окрестина и получил бан на работу в Беларуси: федерация давила на клуб и партнеров, ИП закрыли, не предупредив, – и он уехал играть во Францию

В интервью телеграм-каналу «О, спорт» Ты – мир!» Сергеей рассказал, как складывается его карьера на Лазурном берегу, чем он занимается помимо спорта, а также о том, как вся Франция поддерживает Украину в борьбе с российскими оккупантами и вспоминают ли на юге Европы о событиях, которые происходили в Беларуси после выборов-2020. «Трибуна» с разрешения канала перепечатывает этот разговор.

– Для начала расскажи о своей спортивной жизни во Франции. Насколько понимаю, в середине февраля чемпионат возобновился?

– Да, стартовал второй круг, плюс начался розыгрыш Кубка Франции. А еще у меня изменился статус в команде, что прямым образом влияет на мое игровое время. Дело в том, что спортсмены, пришедшие в клуб после 15 июля, считались новичками, а больше двух новичков на игру заявлять нельзя. У нас в команде таковых было пять человек: два испанца, француз, ливанец и я. И, сам понимаешь, мне сложновато было конкурировать с учетом всех лимитов, поэтому не всегда попадал в заявку. Но со второго круга перестал считаться новичком, поучаствовал во всех матчах. Не скажу, что много играю, но на площадку выпускают.

Кстати, французы говорят, что футзал у них в стране не развит, но на наши матчи, например, тысяча людей приходит практически всегда. Помню, что на некоторые наши гостевые поединки и по три тысячи болельщиков собиралось. Даже на матчи середняков биток. В том же Париже много людей ходит, хотя там и так хватает развлечений.

– Тысяча человек на мини-футболе – это приличная цифра, особенно если сравнивать с Беларусью.

– У нас в стране такое количество людей могло собрать только какое-нибудь мегадерби в решающей стадии плей-офф. В свое время «Лидсельмаш» собирал столько людей, в Могилеве могла собраться тысяча на финале Кубка. В Минске, наверное, таких цифр и не было.

– Расскажи о своей команде.

– Она сейчас находится на четвертом месте в таблице. Ребята у нас собраны классные, уверен, что они бы без проблем играли в ведущих клубах ЧБ и даже сборной. Уровень технического мастерства просто запредельный. Люди индивидуально очень сильные, не боятся идти в обыгрыш один в один. Плюс сказывается их генетика: испанцы, африканцы от природы быстрее, резче. Если бы еще включали иногда голову, то цены бы им не было :).

«Пугает непонимание, есть ли у России тормоза». Прошедший Окрестина мини-футболист – об игре во Франции в 40 лет, войне в Украине и помощи беженцам

– Что имеешь в виду?

– Чемпионат Франции – своеобразный турнир. Тут минимум тактики и максимум импровизации, игры с мячом. Похоже на латиноамериканский футбол.

Помню, перед началом чемпионата меня удивила одна вещь. Тренируемся, до старта турнира неделя, а у нас не отработаны угловые, стандарты. Я думал, что это все наиграно с прошлого года. Но нет, ничего такого. Одна импровизация.

На днях встречался с президентом клуба, так я ему сказал, что по сравнению с чемпионатом Беларуси – это небо и земля. У нас всё более строго, по прописанным правилам, тактикам и схемам. Во Франции, и в частности в «Тулоне», все совсем по-другому. Плюс у нас тренер итальянец, так он сам говорит, что не любит всякие комбинации. Ему интереснее, когда спортсмены играют от души, импровизируют.

– Ты полноценный игрок или уже играющий тренер?

– Пока именно как игрок, хотя тренерская категория у меня есть. У нас, кстати, есть еще одна команда, которая играет в региональной лиге. И когда у меня в первом круге не было игровой практики, выступал там, даже доверили капитанскую повязку. Мог себе позволить поруководить, порассказывать, кому и куда бежать. Но, надо признать, там фактически любительский уровень, и мои тренерские навыки, по сути, ни к чему не применишь. А еще я занимался с ребятами 14-15 лет. В клубе выстроена большая академия: детские группы, женские почти всех возрастов. Ближе к сезону с президентом клуба обговорим, что будем делать, в какой роли он меня видит.

Единственное, немного мешает языковой барьер. Мысли свои донести могу, но простым языком. А чтобы что-то более углубленно объяснять, нужно постараться, пока недостаточно хорошо знаю французский. Но практики у меня хватает. Дома, конечно, разговариваю на русском, но в команде, где-то в городе – на французском. Хотя у нас в коллективе и марокканцы, и ливанцы, и чистый французский услышать очень сложно.

– Не нашел твоей статистики в чемпионате.

– А ты ее и не найдешь :). В чемпионате я результативными действиями – надеюсь, пока – не отмечался. Сыграл в нескольких матчах, да и то по 5-6 минут. Сложно мне рассчитывать на большее количество времени. Плюс итальянский тренер никак не может понять, как можно в 40 лет играть на высоком уровне. Поэтому полного доверия ко мне пока нет. Если кто-то получит дисквалификацию, травмируется, тогда я играю чуть больше. Тренер часто говорил: «Посмотри, какой тут чемпионат: все постоянно носятся, прыгают, прессинг. Тебе, наверное, будет тяжело». Я ему в ответ: «А почему должно быть тяжело? Четыре Лиги чемпионов прошел, там тоже все бегают и прыгают. И живой же. Плюс играть же нужно не только ногами, но и, что более важно, головой».

– Ты не пожалел, что уехал во французский чемпионат?

– Нет. Это же разнообразие, новый опыт. Плюс наш чемпионат, как мне кажется, деградирует, а французское первенство стремительно прогрессирует, развивается.

– В Беларуси ты был одним из лидеров мини-футбола, постоянно играл, а тут – на замене. Пришлось перестраиваться?

– Сначала мне казалось, что чемпионат Франции такого уровня, где можно играть до 50 лет. Но после первых тренировок понял, что ошибся. Что уж говорить, если чемпион Франции «Аньер-Вильнев» в последней Лиге чемпионов обыграл чемпиона Беларуси «Витэн» со счетом 10:5? Причем французы приехали без пяти ведущих футболистов. Так что окунулся во французский футзал и понял, что уровень тут приличный. Честно скажу, даже небольшое количество времени на площадке мне приносит удовольствие. Да и нужно же в паспорт заглядывать иногда :). Как ни крути, а природу не обманешь.

Но в очередной раз хочу вспомнить и заметить, что на то, что я продолжаю играть, во многом повлиял Саша Ивулин. Еще в мае прошлого года он спросил, не планирую ли я заканчивать, так как в Беларуси для меня закрылись все двери. Меня это немного даже задело, так решил, что точно найду новый клуб и буду играть.

Но еще года три назад, играя в Беларуси, я задумываля о том, что нужно заканчивать. Не из-за того, что уже не мог играть. Просто всю свою карьеру был максималистом, играл за медали, за трофеи. И всегда удавалось что-то взять – если не чемпионство, то Кубок. Но в 2019-м, когда «Лидсельмаш» прекратил существование, я подумал, что нужно возвращаться в Минск, жить дома, с семьей. Устал от постоянных разъездов. При этом понимал, что в Минске пока нет таких команд, в составе которых за медали можно было бы побороться. Побегал немного за «Охрану-Динамо», за «Дорожник» и переехал во Францию, где наслаждаюсь даже тем временем, которое дают. Мне кажется, если бы я из Лиды поехал в «Тулон», когда во мне играли амбиции, хотелось бороться за медали, то, наверное, было бы обидно и неприятно, что не дают играть много. Но сейчас такого нет. Просто получаю удовольствие от футзала, от выступления на классных стадионах при аншлагах. Плюс, как уже сказал, где-то применяю свои тренерские навыки. Что будет дальше, посмотрим.

– Чем ты еще занимаешься во Франции помимо спорта?

– Вот кажется, что у меня много свободного времени. А на самом деле, если посмотреть, то дел хватает. Документы разные делал, чтобы легализоваться во Франции, появились какие-то знакомые, к которым в гости с женой ходим. Когда играл в Беларуси, не было свободного времени, и после переезда особо ничего не изменилось.

Плюс новая страна, и мы с семьей, если есть свободный день, стараемся путешествовать, ездим по Лазурному берегу. Кстати, большой плюс чемпионата Франции в том, что команды разбросаны по всей стране, и на выездах удается посмотреть разные достопримечательности. Мы были как-то в Орлеане, 100 км от Парижа, изумительный город, очень красивый. Сейчас там весь центральный проспект украшен украинскими флагами. На самом деле, вся Франция повернулась к Украине лицом, все хотят помочь людям из этой страны.

«Пугает непонимание, есть ли у России тормоза». Прошедший Окрестина мини-футболист – об игре во Франции в 40 лет, войне в Украине и помощи беженцам

В последнее время очень много семей из Украины стало приезжать и в Тулон. Моя жена с утра до вечера в мэрии помогает беженцам, переводит им на добровольных началах.

– Никого из украинцев не приютил?

– Дело в том, что французские власти предоставляют беженцам жилье, поэтому им нет смысла к кому-то проситься. Хотя мои знакомые французы сами говорят, что готовы взять украинскую семью, если понадобится. В небольших городах власти справляются, а вот что касается Парижа, Ниццы, то там тяжелее, туда приехало очень много людей, которые бежали от войны.

А еще я разговаривал с украинцами, которые играли в своем чемпионате по мини-футболу, поддерживаю их. И понимаю, в каком они сейчас в положении. Пошел к президенту клуба и спросил, есть ли возможность взять 2-3 человек из Украины, за которых я могу поручиться, с кем я когда-то играл. Президент сказал, что проблем нет, пусть приезжают, тем более никаких рабочих виз не нужно оформлять, то есть просто приезжай, надевай кроссовки и играй. Сказал это футболистам, но они ответили: «Спасибо. Но пока мы не спасем Родину, никуда не уедем». Все сражаются за Украину.

Не исключаю, что в следующем сезоне постараюсь кого-нибудь убедить, и кто-то приедет. К тому же им в одной команде со мной будет попроще – помогу с переводом, с бытовыми вопросами.

– Как во Франции говорят о событиях в Украине?

– Как во всем мире, кроме, наверное, Эритреи :). По телевизору одна тема – война в Украине, показывают кадры из этой страны. И все в реальном шоке. Единственное, сейчас некоторые люди не понимают, почему, например, войне в Ливии, еще где-то не уделялось столько внимания, почему Европа так не сопереживала. Но, по-моему, тут все логично. Украина – это же фактически центр Европы, у нас под боком. Когда война на другом континенте, психологически воспринимается не так сильно. Хочешь не хочешь, а кажется, что это на другом конце света, о котором ты ничего не знаешь. А тут – все рядом, ты видишь, как люди бегут от войны.

– Франция полностью на стороне Украины или встречаются люди, которые как-то оправдывают действия России?

– Наверное, тех, кто оправдывает, нет. Но некоторые на фоне всех этих событий хотят перед президентскими выборами, которые будут через месяц, выделиться, сыграть на повестке дня. Один из кандидатов – Марин Ле Пен – придерживается радикальных взглядов, хочет буквально все изменить во Франции, с теми дружить, с теми не поддерживать контакты. Раньше была риторика, что нужно общаться с Россией, но сейчас этого не будет, ведь ее никто не поддерживает. Во Франции большинство людей адекватные, прекрасно понимают, что происходит. Французы получают информацию из местной прессы, у них тут нет «Первого канала», где можно посмотреть сказки.

Недавно в команде рассказывал парням, чтобы они были осторожны, а то прилетит какой-нибудь зараженный бандерогусь, перепутав направление. Потом на своем французском полчаса объяснял, откуда я взял такую информацию. Они не могли поверить, что такое могут говорить по ТВ.

– Одноклубники не спрашивают, почему Беларусь фактически участвует в этой войне?

– Они не настолько, как я говорю, интеллектуально развитые. Знают, что идет в Украине война, а в разные нюансы не вникают. Я им иногда объясняю, что российские войска идут в Украину с беларусской территории, в Беларуси размещены отряды. Слушают меня и спрашивают, почему же так происходит. Говорю им, что у Беларуси и России Союзное государство, так и так. Но через пару дней парни придут и спросят то же самое.

– Во Франции много митингов в поддержку Украины?

– Насколько знаю, были в Париже, в Леоне. В крупных городах вместе с украинцами выходили и беларусы. В Тулоне собиралась местная небольшая диаспора украинцев.

– Нынешнего президента Франции Эммануэля Макрона некоторые сейчас представляют как некоего миротворца. Он постоянно звонил то Путину, то Зеленскому. Как к этому относятся в стране?

– То, что делает Макрон, однозначно находит поддержку у всего населения. Французы сами по себе – это мягкий народ, они точно против войны и мечтают, чтобы побыстрее все закончилось. В общем, Макрон себе перед президентскими выборами добавил очков.

– Некоторые говорят, что президент Франции сейчас косит под Зеленкского: тоже небритый, иногда работает не в деловом костюме, а в байке.

– Видел несколько фотографий. Но в местной прессе не обсуждали, не делали акцент на том, что Макрон хочет быть как Зеленский. Просто написали, что у президента много работы, он в таком виде сегодня. Если Зеленского можно понять, в каком бы виде он ни появился, то вот относительно Макрона иногда идут объяснения.

«Пугает непонимание, есть ли у России тормоза». Прошедший Окрестина мини-футболист – об игре во Франции в 40 лет, войне в Украине и помощи беженцам

– Есть одно видео, где ведущий по ТВ в США говорит: «Наконец-то у Америки появился президент, рейтинги которого зашкаливают. Это президент Украины». Во Франции чего-то подобного нет?

– Тут все люди уважают, как Зеленский переносит ситуацию, что он остается на Родине, постоянно выходит на связь, дает интервью. Французы реально восторгаются Зеленским, потому что они уверены, что их президент в подобной ситуации наверняка бы уехал в тихое безопасное место и уже оттуда бы руководил процессами. Наверное, еще и поэтому народ Украины во всей Европе готовы принимать по мегаупрощенной схеме.

– Во Франции не боятся, что Россия может перекинуться на Европу?

– Нет, такого не слышал. Здесь уверены, что если россияне посягнут на территорию Западной Европы, то НАТО – мощный альянс – даст моментальный ответ. Плюс французы такая нация, что она будет уверена в собственной защите, если власти им это скажут. Нет такого, что если по ТВ сказали, что волноваться не о чем, то народ сразу пойдет проверять, насколько надежда защита. В порту в Тулоне стоит много военных кораблей, но я не видел, чтобы люди ходили и смотрели, в порядке ли суда.

– Есть ли у тебя предположения, когда война закончится?

– Я однажды как-то отстранился от всех источников информации, чтобы самому понять, к чему все идет, что будет дальше и когда война закончится. И для меня любое действие России – это фактически еще один повод говорить о поражении страны. На Россию ополчился практически весь мир.

Если российские власти не выиграют войну и вернутся на прежние позиции, то это будет означать поражение. Понятно, что власти сделают нужную им картинку. Мол, нужно было взорвать вот этот мост, чтобы националисты не прошли, – цель достигнута. Но это все равно будет признанием поражения.

Меня же пугает непонимание, есть ли у России тормоза, до какого уровня власти готовы дойти. Видно, что Украина умеет обороняться, люди дали отпор. Никто не ожидал, что будет такое сопротивление. Но точка невозврата пройдена. И не знаю, согласится ли Россия отступить, то есть, как я говорю, признать поражение. Даже те же пропагандисты кричат, что с Украиной нельзя договариваться, потому что это тоже будет означать поражение России. Не знаю, на какие крайности в таком случае пойдет российская власть.

– После событий августа-2020, которые были в Беларуси, в европейской прессе много писали о нашей стране. Сейчас беларусский вопрос где-нибудь в СМИ или обществе поднимается?

– К сожалению, практически нет. Я неделю назад давал интервью местной газете, рассказывал о событиях в Беларуси. Было видно, что журналисту интересно, он меня внимательно слушал, но все равно его вопросы возвращались к войне в Украине. И это, если откровенно, логично. Потому что это война – событие намного страшнее. Плюс во Франции президентские выборы. Так что беларусская повестка ушла даже не на третий план. Тут, наоборот, о беларусах стали немного по-другому говорить, что мы пособники России в этой войне. И это удручает. Хотелось бы, чтобы о нашей стране говорили не так, как сейчас. Надеюсь, это будет уже скоро.

Фото: focus.ua, futsalua.org, rfi.fr, facebook.com

Источник

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.