В Беларуси эпично пояснили бан на Паралимпиаде: обвиняли сплошь украинцев, отвергли давление на атлетов, чемпионку озаботил имидж страны, забывшей о ней на 7 лет

0 37

С 24 февраля продолжается война в Украине, развязанная Россией при содействии Беларуси. Многие страны мира и международные организации ответили агрессорам санкциями – и в спорте тоже: свою рекомендацию отстранить вообще всех российских и беларусских представителей от международных соревнований выпустил Международный олимпийский комитет, и многие федерации прислушались. Мотивировал такой призыв МОК нарушением олимпийского перемирия – Путин, конечно, дотерпел до конца Олимпиады, как просил Си Цзинпинь из Китая, но функционеры устанавливали сроки, включавшие в себя и Паралимпиаду.

Соревнования для спортсменов с ограниченными возможностями стартовали в Китае 4 марта – но уже без российских и беларусских спортсменов. 2 марта Международный паралимпийский комитет лишил представителей России и Беларуси госсимволики – прибывшая в Китай беларусская делегация спешно искала, чем бы ее заклеить. Но ломать голову не пришлось – уже 3 марта было принято решение о полном отстранении. Оно было объяснено тем, что «многочисленные национальные комитеты, команды и спортсмены угрожали иначе не участвовать в соревнованиях».

10 марта в Минске был проведен брифинг о ситуации – на нем собрались сотрудники госСМИ, в тексте именующие себя «журналистами», а рассказчиками своих версий стали глава Паралимпийского комитета Беларуси Олег Шепель, генсек организации Николай Шудейко, числившийся шефом беларусской миссии в Пекине, тоже съездивший в Китай как «руководитель делегации» замминистра спорта Вячеслав Дурнов и одна спортсменка – имеющая серьезные проблемы со зрением (паралимпийский класс B2) трехкратная чемпионка Игр-2018 в лыжных гонках Светлана Сахоненко. Наиболее полно записал их речи некогда и. о. главреда газеты Минспорта «Спортивная панорама» Виктор Изотов, который отчитывал Павла Нехайчика после его еврокубкового празднования с БЧБ-флагом за неверность «государству, в отличие от которого красно-белые господа ни копейкой не помогают клубу». Работает же Изотов на одиозное госагентство «Минская правда» – авторов карикатуры на католических священников с заменой креста на свастику, методы работы которых мы уже рассматривали.

Пропагандистка взяла дивное интервью у топ-боксера: клеймила «ЧестнОК» и убеждала в травле «ябатек», до этого распространяла фейки о БЧБ

Тимановская рассказала, как ее охраняют в Польше – в госСМИ почему-то вывели, что в Беларуси было лучше, и удивились, что бегунья не жаждет каяться

Но на этот раз Изотову явно не пришлось сильно напрягаться – своими речами все делали сами спикеры. Начнем с Шепеля, который первым вообще-то успел пообщаться с Telegram-каналом «О, спорт, ты – мир!», – был недоволен отстранением, но на вопрос, понимает ли, что это из-за военных действий в Украине, ответил: «Кто из нормальных адекватных людей будет за войну? Когда гибнут люди, дети… У меня практически все родственники в Киеве, племянники уже неделю сидят в подвалах. Войну надо остановить. Но одновременно с этим не считаю, что нужно отстранять [паралимпийцев] от соревнований».

Войну остановить нужно, отыгрываться на инвалидах – нет. Босс паралимпийцев Беларуси – об их недопуске к Играм в Пекине

Кажется, с Шепелем с тех пор поработала система – возможно, напомнила о системе русского мира, в котором нет войны, а Россия не нападала на Украину (глава МИД Сергей Лавров, кажется, говорил это с искренней уверенностью). На пресс-конференции Шепель, который утверждал, что на уровне спортсменов «русские, украинцы и беларусы в шикарных отношениях друг с другом», сменил позицию и заявил, что «все было нормально до того момента, пока не поехали украинцы», которые – как внезапно – оказались не слишком дружелюбны. В итоге вышел типичный виктимблейминг (этим емким английским словом обозначается перекладывание вины на жертву): по картине мира Шепеля получается, что украинцы виноваты в том, что не захотели как ни в чем не бывало общаться с представителями страны, с территории которой бомбят Украину. А о войне беларусский функционер с племянниками под бомбежками на камеры госТВ уже не вспоминал – и даже позволил себе поерничать над страшной первопричиной отстранения: «Теперь, уверен, [в МПК] будут с опаской ждать новых Игр. А вдруг кто-то захочет подать требование исключить чью-то делегацию, скажем, из-за того, что в ней есть люди нетрадиционной ориентации».

Шепель также настолько не мог представить, что украинцы сами больше не рады представителям Беларуси и России, что выразил уверенность: им просто «запретили общаться с нами». «Представляете, если бы я сказал той же Свете Сахоненко не разговаривать с кем-то. Абсурд!» – дополнил функционер. Ему вторил Дурнов – но его фраза получилась более эпичной: «Спорт уже давно вне политики. Мы же не указываем спортсменам, куда им ехать, с кем общаться». Еще раз: это сказал замглавы Минспорта, которое выдавливало из нацкоманд спортсменов за подпись за честные выборы и составило список неугодных в белфутболе из даже просто высказавшихся против насилия – и они теперь не могут заключить контракты в Беларуси. Ну а пассаж про свободу общения особенно смешон – не далее как на ОИ в Пекине представителям беларусской делегации объявили, что говорить им можно только с теми СМИ, которые получили аккредитацию от НОК Беларуси.

НОК Беларуси оскандалился, едва приехав в Пекин. Вот как олимпийцам с ходу заткнули рот

Шудейко на брифинге объявил, что беларусские паралимпийцы поедут на «альтернативные Игры» – российский турнир «Мы вместе. Спорт», созданный ими для своих отстраненных. А среди мыслей генсека НПК затесалась такая: «В древние времена, когда проводились Олимпиады, войны утихали. Так неужели мы, простые люди, не могли договориться? Кому было бы хуже? Иногда обычный человек может больше, чем политики». Попробуй пойми логику Шудейко: если уж Россия развязала войну, как можно было договориться с «простыми людьми», чью Родину уничтожают – попросить забыть об этом и о дороге до Пекина в темпе эвакуации под лозунгом «кому хуже от нашей дисквалификации»? Как бы то ни было, «простые люди», к которым себя относит спортивный функционер, не захотели прощать – такой же чиновник, глава украинского комитета Валерий Сушкевич поблагодарил сообщество за отстранение Беларуси и России.

Ну а Сахоненко и вовсе сыпала жалобами – себя и партнеров по команде назвала «фактически беззащитными, и что самое ужасное, МПК нас не защитил», заявила об «ударе по имиджу Беларуси и России» и недопустимости того, что «кто-то может быть в этом положении, а кто-то нет», и постановила, что «паралимпийская семья на то и паралимпийская, чтобы помогать всем без исключения», ну и да – снова произвела виктимблейминг украинцев: «До их приезда все было замечательно. Но они появились в деревне, и сразу возникло напряжение. Даже в столовой. Мы не могли общаться, как было раньше. Ужасно, но нам в спину неслись порою проклятия, а что писали в соцсетях, и вспоминать не хочется. Подобное просто неприемлемо!». Эмоции от этого пассажа прекрасно описал журналист Роман Шевцов.

В Беларуси эпично пояснили бан на Паралимпиаде: обвиняли сплошь украинцев, отвергли давление на атлетов, чемпионку озаботил имидж страны, забывшей о ней на 7 лет

Что ж, для Сахоненко удар по имиджу стран – это не развязанная ими война, а дисквалификация спортсменов. Да и какой-то уникальности в представлении страны-соагрессора она не видит (тут нет намека на зрение – только устойчивое сочетание слов). При этом, как оказалось, Сахоненко от имени себя и всех коллег «благодарна стране за то, что она защищала нас, как могла». Вот только лыжница пропускает не первую свою Паралимпиаду – и если сейчас она вместо соучастия Беларуси в войне перекладывает вину на что-то еще, то, вспоминая о подготовке к Ванкуверу-2010, была более однозначна: «Международная медкомиссия разрешила мне соревноваться, но с условием: в Беларуси оформить соответствующие документы. Мы их сделали, отдали в Паралимпийский комитет Беларуси, но дальше они где-то затерялись. Я приехала на этап Кубка мира, и оказалось, что подвела всех, кто поверил мне на слово. С тех пор даже слушать не хотели — потеряла доверие. Потом умер [тренер] Анатолий Перепечкин, и меня моментально отовсюду выбросили». В итоге Сахоненко бросила спорт – работала в минской гостинице по рекомендации Шепеля за 300 нынешних рублей в месяц.

Инвалидность по зрению ей присвоили только в 2016-м – и когда знакомая спортсменка предложила еще раз пройти медкомиссию, система снова показала себя во всей красе: «Мне только билет купили и разрешили на работе взять несколько дней за свой счет: «Едь, если хочешь, но шансов у тебя нет». Но в украинских Сянках я медкомиссию прошла. Там на этапе Кубка мира заняла четвертое и пятое места почти без подготовки. Дома все тоже засуетились: как это проворонили спортсменку? Осталась в Сянках, начала работать, вспоминать. И на чемпионате мира в Германии в первый же день у меня была бронзовая медаль – единственная на всю команду, при том, что мне даже форму не выдали, я ведь не в сборной, а намазать лыжи пришлось просить французов. В нашей же команде многие держали дистанцию – мол, как это так: мы тренировались, сборы, а тут какой-то администратор из гостиницы три медали завоевывает».

После этого спортсменка ликовала – ей стали платить за спорт из нескольких источников. «В сумме [за август 2017-го] вышло целых 1500 рублей! Сидела и не знала, что делать с этими фантастическими деньгами – то ли тратить, то ли просто на них смотреть», – без тени иронии признавалась Сахоненко. Что ж, об имидже такого государства, конечно, сложно не переживать.

В Беларуси эпично пояснили бан на Паралимпиаде: обвиняли сплошь украинцев, отвергли давление на атлетов, чемпионку озаботил имидж страны, забывшей о ней на 7 лет

Источник

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.